Вена, среда, 12 августа 1885 г.
Моя странствующая принцесса!
Приходится смириться, что ты без меня отдыхаешь, Любеке. Две одинокие девушки путешествуют по Северной Германии! Да это ведь восстание против мужской прерогативы. Это значит, что можно обойтись без мужчин, и довольно благополучно.
Никаких приключений с вами не случалось? Я был бы искренне рад, если бы это произошло. Мне не остается ничего другого, как радоваться, что ты хорошо чувствуешь себя в Любеке.
Со вчерашнего дня никаких изменений в моей жизни не произошло, а все новости я тебе уже сообщил. Разве
вот только эта новость: пришла повестка из полицейского комиссариата. Не пугайся, это, очевидно, по поводу моей доцентуры. Государство хочет знать, можно ли поручиться, что я не сделаю какой-нибудь подлости после того, как меня увенчали столь благородным титулом. Но я никого не предал, никому не изменил. Кроме того, передо мной лежит «Мидделмарч» Элиот в четырех томах. Мои носовые платки уже на исходе, а насморк еще
не прошел.
А теперь хочу пообедать. Когда возвращусь, напишу тебе о бедственном положении с деньгами. Должен тебе объяснить, почему, к моему глубочайшему сожалению, я ничего не смогу привезти с собой. Хотя мне очень хотелось сделать тебе подарок. Мне доставило бы это большую радость, чем тебе. Но послушай. Я откажусь посылать Пакету триста гульденов, потом займу у Брейера девяносто гульденов; в итоге мой долг достигнет пятисот гульденов. Теперь разделим эту сумму так. Сто гульденов получит столяр. Это будет первый и единственный платеж, рассчитанный на продолжительный отрезок времени. Двести гульденов отложим на сентябрь, включая поездку в Вандсбек. Это скорее слишком мало, чем слишком много. В прошлом году мы истратили больше, хотя в последние дни очень экономили. Остается лишь сто семьдесят гульденов для путешествия. Теперь распределим девяносто гульденов, из которых надо отдать книготорговцу пятьдесят семь гульденов, сапожнику — семь, учителю французского языка — пять гульденов (я решил взять еще не больше пяти уроков), чемодан, ящик,
упаковщик — для всего этого отложим еще тридцать гульденов. Не слишком ли дорого? Купить шляпу?
Все-таки нет. Подождем до гамбургской поры. Моей прислуге надо заплатить от пяти до восьми гульденов. Короче, вижу, что если останется еще двадцать гульденов, из которых я должен что-то оставить дома, то буду счастлив. Так что наша поездка становится проблематичной. Я привезу с собою двести гульденов полностью,
и это, собственно, все, чем я располагаю. Думаю, что до первого октября ничего больше не получу.
Итак, для подарка тебе ничего не остается, мое сокровище. Мне даже не хватает сорока гульденов, которые мне посоветовали вырвать у последних пациентов, чтобы хоть как-то компенсировать нехватку денег. Получается, что я ничего не смогу привезти тебе, как я и предполагал. Это, конечно, приводит меня в уныние. Ведь так хотелось бы доставить тебе радость.
Итак, можно ли быть уверенным, что, когда я приеду тридцатого, мы выдержим еще восемнадцать дней? Долгое и трудное время напряженной работы, но это единственное, что может сделать меня обеспеченнее. В Вандсбеке мы ведь хотели заниматься французским языком.
Сможешь ли ты найти преподавателя, порядочного и аккуратного, да гак, чтобы занятия стоили не слишком дорого? В жизни все-таки слишком много маленьких забот.
Сердечно приветствую тебя.
Твой Зигмунд.
========================================================
Большой выбор строительной пленки по доступным ценам.
Вена, четверг, 6 августа 1885 г.
Душа моя, сердце мое!
Я уже возвратился с курорта.
Ты недавно видела Шенберга, но я не в силах описать, каким он стал сейчас: бескровным, худым, тихим и почти бездыханным. Одна, половина легких совсем разрушена, а другое легкое с трудом справляется с болезнью и не выдерживает ее стремительный натиск. Я считаю его обреченным, хотя и не знаю точно, как скоро или как медленно догорит остаток его дней. Через три месяца он будет в Вене. Посмотрим, чего можно добиться благодаря более мягкому климату, хорошему уходу и покою.
Для друзей он в любом случае потерян. Его бедная душа устала от жизни. Воодушевление высокой целью, страсть, ореол, которым по его собственному выбору окружали его возлюбленные,— все это в прошлом, когда он был здоров. Когда дыхание становится короче, суживается круг интересов, сердце отказывается от всех желаний. Остается усталый, покорный судьбе философ, который примирился с некогда постыдной семьей, неспособный на что-либо обижаться, благодарный за любое проявление внимания со стороны родственников и друзей. Больной, нуждающийся прежде всего в покое, отдыхе, тишине.
Мы беседовали с ним о твоей сестре: Ты согласен, что я поступил правильно, разорвав эту связь, расторгнув отношения с Минной? Я сказал, что написал Минне об этом. Но отказ ведь ничего не означает, в том смысле, что ее чувства остались прежними. Правда, она всегда зависела от отношений, над которыми не имела никакой власти.
Но он твердо возразил: «Нет!» И мне вдруг стало ясно, что он несправедлив, что его любовь умерла раньше,
чем он сам. Что его к этому привело, почему он от всего отрекся, я не знаю. Но он уверенно высказал мнение, что главное для него – работа и должность, независимость от братьев и собственная воля.
Что это — конец долгой тяжкой борьбы или симптом расстроенной психики? Слова его были скупы, но он сказал мне нечто важное, что предотвратило мой гнев относительно его родственников.
Завтра или во вторник я пойду к нему вместе с доктором Мюллером. Я убеждал себя, что я не кто иной, как только друг Шенберга, и все-таки высказал суровую правду Геза, брату Шенберга. Правда, парень оказался слишком высокомерным и глупым. Впрочем, родственники Шенберга, кажется, понимают, что больной нуждается в уходе, и готовы снова контактировать со всеми, дураки.
Одно слово, вырвавшееся у Шенберга, причинило мне большую обиду. Он говорил о том, что Марта сделала для него много хорошего, да и внешне выглядит она прекрасно, но что у нее «синие круги под глазами». Почему он сказал, что у моей девушки «синие круги под глазами», ума не приложу. Из-за этого у меня испортилось настроение.
Я подумал о человеческой психологии, в частности, о том, что твои «синие круги под глазами» потрясли меня больше, чем печальное состояние бедняги Шенберга. Когда я приеду, то зацелую тебя. Надеюсь, что первого октября ты не прогонишь меня.
Твой Зигмунд.
=====================================================
Помощь в написании поста была оказана Аграрной индустриальной компанией (плуги навесные).
На перевале Земмеринг
десять часов вечера
Все складывается прекрасно. Погода чудесная. К тому же здесь самое лучшее масло, мед, да еще четверть содовой воды с вином. Это было прелестно и доставило мне большое удовольствие. Правда, в начале пути я только и думал о тебе и о том, что любое наслаждение без тебя может превратиться в муку.
Мы прошли по маршруту от Кламма до Адлицгрэбена, потом преодолели перевал Земмеринг. В Адлицгрэбене мы нашли прелестную уютную гостиницу с радушными, крошечными служанками. Долфи поступила очень правильно, предложив остаться там на ночлег. Я же хотел идти к отелю «Эрцгерцог Иоганн».
Теперь расскажу о наших приключениях. Мы добрались туда, к этому отелю, не зная заранее, есть ли
возможность переночевать там. Пришли поздно вечером. А когда спросили хозяев отеля, то услышали, что свободных мест нет. При свете луны мы пошли на другой склон горы, к Дому туристов, затем к ферме.
Однако нигде не оказалось места для нас. Мы узнали дорогу и нашли еще одну гостиницу, но нам не поверили, что мы сбились с пути в лунную ночь. Наконец, хозяин сдался и милостиво пояснил, что мы можем расположиться на ночлег в маленькой столовой.
Долфи держалась великолепно. Она маршировала, как бравый солдат, не боялась темного леса, была бодра и жизнерадостна. И самое главное, не упрекала меня, хотя для этого у нее были серьезные основания. Я пожинал плоды своего легкомыслия, не взяв с собой достаточного количества денег. И сестренке пришлось не раз выручать меня из беды.
Предполагаю, что ты в подобном случае очень рассердилась бы. Но я, в свою очередь, мог бы так нежно тебя расцеловать. И что не менее важно, постараюсь заслужить право на такой поцелуй. Действительно, слишком глупо представлять себе это, но ведь так приятно, так хорошо помечтать о возможном блаженстве. Ах, если бы ты была здесь со мной, моя маленькая принцесса! Я должен собраться с силами и в течение четырнадцати дней очень ограничить себя в бездумном наслаждении жизнью, чтобы заработать деньги.
Я ведь очень хорошо понимаю, почему ты не любишь, чтобы я считал эти дни. Моя бедная малышка,так хочется, чтобы твой день рождения стал чудесным праздником. Но теперь до тех пор, пока я увижу тебя, я должен серьезно и много работать, во всем экономить, чтобы действительно заслужить это счастье.
Лист бумаги для письма разорвался, и я пишу тебе на клочке, который случайно нашелся у меня.
Завтра до обеда мы уже возвратимся домой. Хочу провести твой день рождения в размышлениях наедине
с собой.
Спокойной ночи, моя дорогая.
Твой Зигмунд.
=====================================================
Ремонт квартир Киев. Мы все сделаем за Вас.
Мейдлинг, 23 июля 1885 г.
четверть первого ночи
Моя маленькая принцесса!
Твою открытку я получил сегодня утром. К сожапению, мне не все понятно в твоей гамбургской манере изъясняться. Но как бы то ни было, твои пять марок оказались очень кстати.
Скажи мне, милая, мы должны уже сейчас предчувствовать плохие времена? Пришли мне все-таки денежную квитанцию.Ты ведь знаешь, чемодан и дорожная сумка у меня уже есть, Мориц оставил здесь и то и другое.
Ну, теперь разъясню ситуацию. Мы, то есть Долфи и я, решили отправиться на прогулку к перевалу Земмеринг. В полвторого мы едем в Пауэрбах, затем часть пути идем пешком, переночуем где-нибудь и утром рано возвратимся домой. Малышка Долфи будет рада.
=========================================================
Если Вам нужно создать стенд, то обращайтесь в компанию Експолайн.
Вена, суббота, 20 июня 1885 г., вечер
Принцесса, моя маленькая принцесса!
Как будет все прекрасно – - я разбогатею и буду прав во всем и принесу нечто красивое для тебя, а потом поеду в Париж, и стану великим ученым, и возвращусь в Вену с большим-пребольшим нимбом вокруг головы, и мы поженимся. И я лечу все неизлечимые нервные болезни, и ты обретаешь меня здоровым, и я целую тебя страстно, крепко, и ты радостно-весела.
Будем живы не помрем.
Я хотел послать тебе телеграмму, что получил тринадцать голосов против восьми. Но тогда ты могла бы остаться на целых два дня без точных известий, да и открытка, наверное, больше порадует тебя. Твое предчувствие относительно пятисот марок шестисот восьми гульденов оправдалось. Я ожидаю много хорошего от одного случая. Мне кажется, что коллеги-профессора смотрят на меня не без симпатии. Я этому несказанно рад. Вообще июнь– отличный месяц.
На том же самом заседании я утвержден в звании доцента, девятнадцатью голосами против трех. При
первом голосовании было девятнадцать против одного. Но при этом присутствовали лишь двое из тех, кто
относится ко мне недоброжелательно.
Через восемь дней, двадцать седьмого, будет мой пробный доклад на тему, близкую мне,— «Анатомия
головного мозга».
Сердечно приветствую тебя, никак не могу привыкнуть, что я так счастлив. Самое большое счастье выпало мне три года тому назад — 17 июня!
Сто тысяч поцелуев шлет тебе
твой Зигмунд.
========================================================
Кровельная медь — это красивый, долговечный и всегда востребованный материал.
Вена, суббота, 6 июня 1885 г.
Итак, то, что я давно ожидал, все-таки наконец свершилось! Сегодня я получил приглашение на коллоквиум, где узнал, что должен выступать тринадцатого июня перед коллегией профессоров — Ученым Советом. Это будет отдаленно напоминать экзамен,и только. Но каков будет результат — неизвестно.
Придется купить цилиндр и перчатки по такому случаю и еще — приличный костюм. Мне надо, наверное, появиться на Ученом Совете во фраке. Признаться, еще не решил, должен ли я его сшить или лучше взять напрокат. Правда, я заказал портному Гиллеру выходной костюм. Однако еще не уверен окончательно, оставить этот заказ или нет. Дело в том, что фрак придется взять напрокат не только для выступления перед профессорами, но и для пробной лекции. Мне нужен, конечно, черный костюм, даже два. Не знаю, как это все удастся осуществить.
Я совершенно растерян, голова идет кругом, а дел так много!
Получил разрешение на отпуск, и даже более того — занял необходимую сумму денег на дорожные расходы. А кроме того, получил письмо от Оберштейна, который обещал хоть как-то меня устроить, чтобы я имел крышу над головой до четверга. Это облегчает мне жизнь и вселяет надежду, что, может быть, смогу привести в порядок свои дела.
Как это ужасно, моя любимая, когда нет денег. Просто ума не приложу, как люди содержат семью, если статьи так дешево оплачиваются, что трудно свести концы с концами. По дороге из Богенца в Атем я, очевидно, не смогу не думать о проблемах, которые связаны с моей работой и вызывают грустные размышления. Я имею в виду свое участие в разработке темы, связанной с анатомией мозга…
Интересно, что день нашей помолвки и день рождения Минны совпадают. Этот месяц действительно до краев насыщен событиями. Только бы все было хорошо, благополучно.
Мой американский пациент заплатил мне первого числа двадцать гульденов, которые хранятся для тебя и Минны. Он оплатит работу за все две недели целиком, и вообще, он должен платить «дань» для моей принцессы и сестры моей принцессы.
Стипендия на поездку, моя дорогая, была бы очень желательна. Тем более что я вовсе не хочу отказываться от прежних намерений, связанных с путешествием в Вандсбек. Однако теперь сложновато отложить для этих прекрасных целей немалую сумму – - сто гульденов. Для меня это действительно тяжело – даже в мыслях отказаться от намеченной поездки. Но сто гульденов — это так мало для нашего путешествия, даже если мы будем очень экономными и я не сделаю даже подарок для тебя. Подожду еще дней десять, может быть, удастся заработать побольше. Тем более что у меня теперь появился еще один источник дохода и медицинских наблюдений. Я имею в виду моего богатого пациента барона С., которого лечу сейчас.
Я принимал его дважды, и, наверное, он придет еще на консультацию раза два в этом месяце.
Но вот что поистине ужасно: я так бесконечно ленив, что не в состоянии всесторонне обдумать, как найти выход из трудного положения — безденежья. Ну и к тому же невыносимая жара!
Мартхен!!! Ты, наверное, догадаешься и поймешь,что сегодня я просто не в состоянии найти выход из
создавшейся ситуации.
Пиши мне всегда по старому адресу.
Сердечно обнимаю тебя, мое дорогое сокровище,
твой Зигмунд.
=========================================================
Компания Укринком предлагает на выбор кабель.
