Зигмунд Фрейд

Вена, среда, 12 августа 1885 г.

admin — Fri, 01 Apr 2011 11:51:43 +0000

Моя странствующая принцесса!
Приходится смириться, что ты без меня отдыхаешь, Любеке. Две одинокие девушки путешествуют по Северной Германии! Да это ведь восстание против мужской прерогативы. Это значит, что можно обойтись без мужчин, и довольно благополучно.
Никаких приключений с вами не случалось? Я был бы искренне рад, если бы это произошло. Мне не остается ничего другого, как радоваться, что ты хорошо чувствуешь себя в Любеке.
Со вчерашнего дня никаких изменений в моей жизни не произошло, а все новости я тебе уже сообщил. Разве
вот только эта новость: пришла повестка из полицейского комиссариата. Не пугайся, это, очевидно, по поводу моей доцентуры. Государство хочет знать, можно ли поручиться, что я не сделаю какой-нибудь подлости после того, как меня увенчали столь благородным титулом. Но я никого не предал, никому не изменил. Кроме того, передо мной лежит «Мидделмарч» Элиот в четырех томах. Мои носовые платки уже на исходе, а насморк еще
не прошел.
А теперь хочу пообедать. Когда возвращусь, напишу тебе о бедственном положении с деньгами. Должен тебе объяснить, почему, к моему глубочайшему сожалению, я ничего не смогу привезти с собой. Хотя мне очень хотелось сделать тебе подарок. Мне доставило бы это большую радость, чем тебе. Но послушай. Я откажусь посылать Пакету триста гульденов, потом займу у Брейера девяносто гульденов; в итоге мой долг достигнет пятисот гульденов. Теперь разделим эту сумму так. Сто гульденов получит столяр. Это будет первый и единственный платеж, рассчитанный на продолжительный отрезок времени. Двести гульденов отложим на сентябрь, включая поездку в Вандсбек. Это скорее слишком мало, чем слишком много. В прошлом году мы истратили больше, хотя в последние дни очень экономили. Остается лишь сто семьдесят гульденов для путешествия. Теперь распределим девяносто гульденов, из которых надо отдать книготорговцу пятьдесят семь гульденов, сапожнику — семь, учителю французского языка — пять гульденов (я решил взять еще не больше пяти уроков), чемодан, ящик,
упаковщик — для всего этого отложим еще тридцать гульденов. Не слишком ли дорого? Купить шляпу?
Все-таки нет. Подождем до гамбургской поры. Моей прислуге надо заплатить от пяти до восьми гульденов. Короче, вижу, что если останется еще двадцать гульденов, из которых я должен что-то оставить дома, то буду счастлив. Так что наша поездка становится проблематичной. Я привезу с собою двести гульденов полностью,
и это, собственно, все, чем я располагаю. Думаю, что до первого октября ничего больше не получу.
Итак, для подарка тебе ничего не остается, мое сокровище. Мне даже не хватает сорока гульденов, которые мне посоветовали вырвать у последних пациентов, чтобы хоть как-то компенсировать нехватку денег. Получается, что я ничего не смогу привезти тебе, как я и предполагал. Это, конечно, приводит меня в уныние. Ведь так хотелось бы доставить тебе радость.
Итак, можно ли быть уверенным, что, когда я приеду тридцатого, мы выдержим еще восемнадцать дней? Долгое и трудное время напряженной работы, но это единственное, что может сделать меня обеспеченнее. В Вандсбеке мы ведь хотели заниматься французским языком.
Сможешь ли ты найти преподавателя, порядочного и аккуратного, да гак, чтобы занятия стоили не слишком дорого? В жизни все-таки слишком много маленьких забот.
Сердечно приветствую тебя.
Твой Зигмунд.

========================================================

Большой выбор строительной пленки по доступным ценам.

Вена, четверг, 6 августа 1885 г.

admin — Wed, 30 Mar 2011 11:44:24 +0000

Душа моя, сердце мое!
Я уже возвратился с курорта.
Ты недавно видела Шенберга, но я не в силах описать, каким он стал сейчас: бескровным, худым, тихим и почти бездыханным. Одна, половина легких совсем разрушена, а другое легкое с трудом справляется с болезнью и не выдерживает ее стремительный натиск. Я считаю его обреченным, хотя и не знаю точно, как скоро или как медленно догорит остаток его дней. Через три месяца он будет в Вене. Посмотрим, чего можно добиться благодаря более мягкому климату, хорошему уходу и покою.
Для друзей он в любом случае потерян. Его бедная душа устала от жизни. Воодушевление высокой целью, страсть, ореол, которым по его собственному выбору окружали его возлюбленные,— все это в прошлом, когда он был здоров. Когда дыхание становится короче, суживается круг интересов, сердце отказывается от всех желаний. Остается усталый, покорный судьбе философ, который примирился с некогда постыдной семьей, неспособный на что-либо обижаться, благодарный за любое проявление внимания со стороны родственников и друзей. Больной, нуждающийся прежде всего в покое, отдыхе, тишине.
Мы беседовали с ним о твоей сестре: Ты согласен, что я поступил правильно, разорвав эту связь, расторгнув отношения с Минной? Я сказал, что написал Минне об этом. Но отказ ведь ничего не означает, в том смысле, что ее чувства остались прежними. Правда, она всегда зависела от отношений, над которыми не имела никакой власти.
Но он твердо возразил: «Нет!» И мне вдруг стало ясно, что он несправедлив, что его любовь умерла раньше,
чем он сам. Что его к этому привело, почему он от всего отрекся, я не знаю. Но он уверенно высказал мнение, что главное для него – работа и должность, независимость от братьев и собственная воля.
Что это — конец долгой тяжкой борьбы или симптом расстроенной психики? Слова его были скупы, но он сказал мне нечто важное, что предотвратило мой гнев относительно его родственников.
Завтра или во вторник я пойду к нему вместе с доктором Мюллером. Я убеждал себя, что я не кто иной, как только друг Шенберга, и все-таки высказал суровую правду Геза, брату Шенберга. Правда, парень оказался слишком высокомерным и глупым. Впрочем, родственники Шенберга, кажется, понимают, что больной нуждается в уходе, и готовы снова контактировать со всеми, дураки.
Одно слово, вырвавшееся у Шенберга, причинило мне большую обиду. Он говорил о том, что Марта сделала для него много хорошего, да и внешне выглядит она прекрасно, но что у нее «синие круги под глазами». Почему он сказал, что у моей девушки «синие круги под глазами», ума не приложу. Из-за этого у меня испортилось настроение.
Я подумал о человеческой психологии, в частности, о том, что твои «синие круги под глазами» потрясли меня больше, чем печальное состояние бедняги Шенберга. Когда я приеду, то зацелую тебя. Надеюсь, что первого октября ты не прогонишь меня.
Твой Зигмунд.

=====================================================

Помощь в написании поста была оказана Аграрной индустриальной компанией (плуги навесные).

На перевале Земмеринг

admin — Mon, 28 Mar 2011 11:42:44 +0000

десять часов вечера
Все складывается прекрасно. Погода чудесная. К тому же здесь самое лучшее масло, мед, да еще четверть содовой воды с вином. Это было прелестно и доставило мне большое удовольствие. Правда, в начале пути я только и думал о тебе и о том, что любое наслаждение без тебя может превратиться в муку.
Мы прошли по маршруту от Кламма до Адлицгрэбена, потом преодолели перевал Земмеринг. В Адлицгрэбене мы нашли прелестную уютную гостиницу с радушными, крошечными служанками. Долфи поступила очень правильно, предложив остаться там на ночлег. Я же хотел идти к отелю «Эрцгерцог Иоганн».
Теперь расскажу о наших приключениях. Мы добрались туда, к этому отелю, не зная заранее, есть ли
возможность переночевать там. Пришли поздно вечером. А когда спросили хозяев отеля, то услышали, что свободных мест нет. При свете луны мы пошли на другой склон горы, к Дому туристов, затем к ферме.
Однако нигде не оказалось места для нас. Мы узнали дорогу и нашли еще одну гостиницу, но нам не поверили, что мы сбились с пути в лунную ночь. Наконец, хозяин сдался и милостиво пояснил, что мы можем расположиться на ночлег в маленькой столовой.
Долфи держалась великолепно. Она маршировала, как бравый солдат, не боялась темного леса, была бодра и жизнерадостна. И самое главное, не упрекала меня, хотя для этого у нее были серьезные основания. Я пожинал плоды своего легкомыслия, не взяв с собой достаточного количества денег. И сестренке пришлось не раз выручать меня из беды.
Предполагаю, что ты в подобном случае очень рассердилась бы. Но я, в свою очередь, мог бы так нежно тебя расцеловать. И что не менее важно, постараюсь заслужить право на такой поцелуй. Действительно, слишком глупо представлять себе это, но ведь так приятно, так хорошо помечтать о возможном блаженстве. Ах, если бы ты была здесь со мной, моя маленькая принцесса! Я должен собраться с силами и в течение четырнадцати дней очень ограничить себя в бездумном наслаждении жизнью, чтобы заработать деньги.
Я ведь очень хорошо понимаю, почему ты не любишь, чтобы я считал эти дни. Моя бедная малышка,так хочется, чтобы твой день рождения стал чудесным праздником. Но теперь до тех пор, пока я увижу тебя, я должен серьезно и много работать, во всем экономить, чтобы действительно заслужить это счастье.
Лист бумаги для письма разорвался, и я пишу тебе на клочке, который случайно нашелся у меня.
Завтра до обеда мы уже возвратимся домой. Хочу провести твой день рождения в размышлениях наедине
с собой.
Спокойной ночи, моя дорогая.
Твой Зигмунд.

=====================================================

Ремонт квартир Киев. Мы все сделаем за Вас.

Мейдлинг, 23 июля 1885 г.

admin — Sat, 26 Mar 2011 11:40:59 +0000

четверть первого ночи
Моя маленькая принцесса!
Твою открытку я получил сегодня утром. К сожапению, мне не все понятно в твоей гамбургской манере изъясняться. Но как бы то ни было, твои пять марок оказались очень кстати.
Скажи мне, милая, мы должны уже сейчас предчувствовать плохие времена? Пришли мне все-таки денежную квитанцию.Ты ведь знаешь, чемодан и дорожная сумка у меня уже есть, Мориц оставил здесь и то и другое.
Ну, теперь разъясню ситуацию. Мы, то есть Долфи и я, решили отправиться на прогулку к перевалу Земмеринг. В полвторого мы едем в Пауэрбах, затем часть пути идем пешком, переночуем где-нибудь и утром рано возвратимся домой. Малышка Долфи будет рада.

=========================================================

Если Вам нужно создать стенд, то обращайтесь в компанию Експолайн.

Вена, суббота, 20 июня 1885 г., вечер

admin — Thu, 24 Mar 2011 11:39:07 +0000

Принцесса, моя маленькая принцесса!
Как будет все прекрасно – - я разбогатею и буду прав во всем и принесу нечто красивое для тебя, а потом поеду в Париж, и стану великим ученым, и возвращусь в Вену с большим-пребольшим нимбом вокруг головы, и мы поженимся. И я лечу все неизлечимые нервные болезни, и ты обретаешь меня здоровым, и я целую тебя страстно, крепко, и ты радостно-весела.
Будем живы не помрем.
Я хотел послать тебе телеграмму, что получил тринадцать голосов против восьми. Но тогда ты могла бы остаться на целых два дня без точных известий, да и открытка, наверное, больше порадует тебя. Твое предчувствие относительно пятисот марок шестисот восьми гульденов оправдалось. Я ожидаю много хорошего от одного случая. Мне кажется, что коллеги-профессора смотрят на меня не без симпатии. Я этому несказанно рад. Вообще июнь– отличный месяц.
На том же самом заседании я утвержден в звании доцента, девятнадцатью голосами против трех. При
первом голосовании было девятнадцать против одного. Но при этом присутствовали лишь двое из тех, кто
относится ко мне недоброжелательно.
Через восемь дней, двадцать седьмого, будет мой пробный доклад на тему, близкую мне,— «Анатомия
головного мозга».
Сердечно приветствую тебя, никак не могу привыкнуть, что я так счастлив. Самое большое счастье выпало мне три года тому назад — 17 июня!
Сто тысяч поцелуев шлет тебе
твой Зигмунд.

========================================================

Кровельная медь — это красивый, долговечный и всегда востребованный материал.

Вена, суббота, 6 июня 1885 г.

admin — Tue, 22 Mar 2011 11:09:48 +0000

Итак, то, что я давно ожидал, все-таки наконец свершилось! Сегодня я получил приглашение на коллоквиум, где узнал, что должен выступать тринадцатого июня перед коллегией профессоров — Ученым Советом. Это будет отдаленно напоминать экзамен,и только. Но каков будет результат — неизвестно.
Придется купить цилиндр и перчатки по такому случаю и еще — приличный костюм. Мне надо, наверное, появиться на Ученом Совете во фраке. Признаться, еще не решил, должен ли я его сшить или лучше взять напрокат. Правда, я заказал портному Гиллеру выходной костюм. Однако еще не уверен окончательно, оставить этот заказ или нет. Дело в том, что фрак придется взять напрокат не только для выступления перед профессорами, но и для пробной лекции. Мне нужен, конечно, черный костюм, даже два. Не знаю, как это все удастся осуществить.
Я совершенно растерян, голова идет кругом, а дел так много!
Получил разрешение на отпуск, и даже более того — занял необходимую сумму денег на дорожные расходы. А кроме того, получил письмо от Оберштейна, который обещал хоть как-то меня устроить, чтобы я имел крышу над головой до четверга. Это облегчает мне жизнь и вселяет надежду, что, может быть, смогу привести в порядок свои дела.
Как это ужасно, моя любимая, когда нет денег. Просто ума не приложу, как люди содержат семью, если статьи так дешево оплачиваются, что трудно свести концы с концами. По дороге из Богенца в Атем я, очевидно, не смогу не думать о проблемах, которые связаны с моей работой и вызывают грустные размышления. Я имею в виду свое участие в разработке темы, связанной с анатомией мозга…
Интересно, что день нашей помолвки и день рождения Минны совпадают. Этот месяц действительно до краев насыщен событиями. Только бы все было хорошо, благополучно.
Мой американский пациент заплатил мне первого числа двадцать гульденов, которые хранятся для тебя и Минны. Он оплатит работу за все две недели целиком, и вообще, он должен платить «дань» для моей принцессы и сестры моей принцессы.
Стипендия на поездку, моя дорогая, была бы очень желательна. Тем более что я вовсе не хочу отказываться от прежних намерений, связанных с путешествием в Вандсбек. Однако теперь сложновато отложить для этих прекрасных целей немалую сумму – - сто гульденов. Для меня это действительно тяжело – даже в мыслях отказаться от намеченной поездки. Но сто гульденов — это так мало для нашего путешествия, даже если мы будем очень экономными и я не сделаю даже подарок для тебя. Подожду еще дней десять, может быть, удастся заработать побольше. Тем более что у меня теперь появился еще один источник дохода и медицинских наблюдений. Я имею в виду моего богатого пациента барона С., которого лечу сейчас.
Я принимал его дважды, и, наверное, он придет еще на консультацию раза два в этом месяце.
Но вот что поистине ужасно: я так бесконечно ленив, что не в состоянии всесторонне обдумать, как найти выход из трудного положения — безденежья. Ну и к тому же невыносимая жара!
Мартхен!!! Ты, наверное, догадаешься и поймешь,что сегодня я просто не в состоянии найти выход из
создавшейся ситуации.
Пиши мне всегда по старому адресу.
Сердечно обнимаю тебя, мое дорогое сокровище,
твой Зигмунд.

=========================================================

Компания Укринком предлагает на выбор кабель.

Вена, четверг, 7 мая 1885 г.

admin — Sun, 20 Mar 2011 11:08:20 +0000

Моя дорогая маленькая принцесса!
Сегодня я получил твои подарки. Они сердечно обрадовали меня. Портфель мне совершенно необходим для рукописей, а блокнотик для рецептов просто очарователен. Я думаю все-таки, что ты мне прислала его не для каждодневного пользования. Он слишком красив для этого.
Кекс, который ты прислала, удивительно вкусный. Просто невероятно, что кекс может быть таким
вкусным.
Нежность, которую ты мне даришь, подняла мне настроение и вызвала множество мыслей. Их можно подытожить так: подготовка к супружеству подобна работе, которую никогда нельзя считать абсолютно
законченной.
Со своей стороны я решил, что пора прервать мучительное ожидание 17 декабря 1886 года. Мы должны быть мужем и женой, так больше продолжаться не может. Будем терпимы друг к другу. В первые дни мы жили бы на твои деньги. Мои, наверное, все будут истрачены на свадьбу.
Это предложение я серьезно обдумал. Его осуществление зависит только от одного человека— от тебя,
Мартхен. Сегодня я был дома и сделал смелый шаг — пошел к портному Тишеру и заказал ему два костюма, кото-
рые мне очень нужны. Не уверен, прав ли я. Все-таки надеюсь, ты встретишь меня с открытыми
объятиями.
Спокойной ночи, мое дорогое сокровище. Сейчас уже полвторого ночи. Еще один день канул в вечность,
завтра снова работа.
Цветы передай Минне.
Вероятно, завтра я получу твое письмо, любимая.
Твой Зигмунд.

========================================================

Перевод документов юридических, политических и т.д.

Вена, 16 января 1885 г.

admin — Fri, 18 Mar 2011 11:06:39 +0000

Мое сокровище!
Сердечный тебе привет к семнадцатому. Знаешь ли ты, между прочим, что так же семнадцатого начался и мой курс? А теперь быстро мои новости, которым ты можешь порадоваться. Жребий брошен. Мне пришлось остричь дикую бороду и идти к Нотнагелю, которому я послал открытку такого содержания: «Позвольте узнать, господин надворный советник, соблаговолите ли Вы выслушать меня по личному делу, и если да, то когда?» Та же самая толпа, то же самое пугливое шушуканье вокруг меня. Тот ли я врач, который сможет лечить почтенных пациентов и вообще, чего следует ожидать от меня?
Лучше всего я понял разговор одной дамы в черном с ее братом? Женская проницательность увидела во мне нечто сомнительное. А ее братец, хотя и вежливо не соглашался с нею, но в его улыбке сквозило сомнение, тот ли я врач, которому можно доверять свое здоровье. Манне особенно был резок со мной.Но это объяснимо: у него в кабинете висит портрет умершей жены, задумчивой и серьезной.
Я спросил у Нотнагеля, могу ли высказать свою просьбу сейчас или позже. Он сказал, что если буду краток, то сейчас, в противном случае нам лучше было бы поговорить позже.
Я обещал, что буду краток:
— Однажды Вы высказались в том смысле, что хотели бы быть мне полезным, и я поверил в это. Теперь к делу. Мне хотелось бы узнать, могу ли я на основании моих предыдущих работ добиваться доцентуры или должен ждать?
— Вы все время работали, дорогой доктор, над «Кокой»? («Кока» прежде всего связана с моим
именем). Я показал ему рукописи своих научных статей,написанных в марте и последующие месяцы. Он не вникал в их содержание, а считал лишь количество.
— По объему это восемь или девять авторских тистов. Подавайте спокойно Ваше заявление. О Боже! Если бы Вы знали, какие люди стремятся к доцентуре.Гекоторые из них не имеют ни малейших профессиональных заслуг.
- Однако я должен опубликовать еще некоторые вещи, из которых две в самое ближайшее время.
- Вы не нуждаетесь в этом. То, что у вас есть,более чем достаточно.
- Однако среди них мало собственно по невропатологии…
- Но это не имеет значения. Как можно глубоко эазбираться в невропатологии, не занимаясь психоюгией и анатомией?
Так вы хотите стать доцентом в области невропатологии? Тогда целесообразно, если рецензентами Вашего реферата будет Мейнерт, Бамбергер и, вероятно, я. Думаю, возражений не возникнет, а если другие коллеги засомневаются, то такой состав рецензентов обеспечит Ваш успех. Все будет в порядке,не волнуйтесь.
— Значит, могу ли я предполагать, что вы поддерште мою кандидатуру? Мейнерта я знаю, он это
сделает несомненно.
- Конечно, и я не думаю, что кто-нибудь будет возражать, а если и будут, то, по-моему, мы все равно победим.
Я еще добавил:
- Речь идет о том, чтобы узаконить курс, который я веду нерегулярно. Правда, я читаю только для англичан и, естественно, на английском языке. Они идут на мои лекции толпами.
Потом мы крепко пожали друг другу руки, и я ушел, надеясь, что вскоре стану самым молодым доцентом.
Заявление о доцентуре подам на следующей неделе. На этот раз «золотая змея» от тебя не уйдет.
Тысяча сердечных поцелуев.
Твой Зигмунд.

======================================================

Лечебный массаж спины – это отличный способ сделать профилактику болезней опорно-двигательного аппарата.

Вена, понедельник, 30 июня 1884 г.

admin — Wed, 16 Mar 2011 11:04:50 +0000

Моя любимая невеста!
Я так рад, что мы будем одни и ты ни в чем больше не можешь упрекнуть себя, если действительно ждешь меня. Я так счастлив в ожидании прекрасных дней, которые мы проведем друг с другом. Знаю, тебе хочется прервать меня: мол, не нужно ничего ожидать, чтобы не разочароваться. Но, Мартхен, это ведь зависит только от нас, насколько чудесными окажутся эти дни… Не от погоды, не от настроений других, не от плохих или хороших известий, которые могут прийти.
Я не хочу ничего иного вынести из этого путешествия кроме уверенности, что ты полностью принадлежишь мне, убеждения, что в наших отношениях больше самой любви, чем ее оценок.
Ретроспективный взгляд, который тебе свойствен, так оправдан. Действительно, я всегда любил тебя значительно больше, чем ты меня. Или, собственно говоря, пока мы каждый в отдельности не пришли
к осознанию нашей любви, ее сущности, примум фальсум, как сказал бы логик, до тех пор я себя как бы навязываю тебе, а ты принимаешь меня без особой склонности и симпатии. Но это все будет преодолено.
Уверен, что все наконец изменится к лучшему. Ты знаешь, мне говорят, что я обладаю искусством каждый раз вызывать в тебе раздражительность. Говорят,что между нами всегда — поединок, борьба и что ты ничего не сделаешь ради меня. Говорят, что мы слишком разные и принимаем за любовь лишь желание любить. Говорят, что мы – - люди, которые хотят любить и быть любимыми, несмотря на то, что обстоятельства жизни у нас разные. Но после всех суровых слов, услышанных мною, я должен признаться себе, что люблю тебя. Никто из моих немногих сторонниц не понял твою сущность, которая в том и состоит, что ты предназначена мне судьбою.
Ты говоришь, я не оказываю на тебя никакого влияния. Я считаю тебя развитым и гармоничным человеком. Но ты бываешь сурова и чопорна со мной, а у меня нет никакой власти над тобой. Ты стала мне еще дороже, несмотря на твое непослушание. И я почувствовал бы себя очень несчастливым, если мы распростимся с тобою вновь на тринадцать месяцев, как тогда в начале улицы Альзер. Тогда моя надежда была крошечной, но я казался себе солдатом, приставленным к забытому часовому. Наше желание быть вместе тогда охладело. Но я все-таки должен был остаться победителем, хотя не знал множества нежных слов, которые помогли бы исполнить мои желания. Но я заметил, что и в твоих глазах кое-что значу. Упрямство и замкнутость, на которые ты сама часто сетовала, прекратятся, если мы будем вместе. С тех пор я стал другим. Многие душевные раны закрылись, иные стали глубже. Ты знаешь, во мне проснулись упорство и самоуважение. Год назад я еще не знал в себе этих качеств. Поэтому мне не хочется больше откладывать радости. Искреннее согласие с тобой необходимо мне для новой работы.
Однако возникает легкое сомнение. Любишь ли ты меня так же горячо, как прежде? Человека, которого
столько времени не видела, не слышала его голоса, его суждений, которые постоянно вызывали твою гордость? Человека, который давно не был рядом с тобою? Не найдешь ли ты, что этот образ не соответствует нынешнему, что твое представление обо мне уже иное, чем год или два года назад? Слова «нет» я не переживу. Я жду тебя с нетерпением. Ведь ждать – это моя судьба, как и твоя. Ждать спокойно и преданно, ждать, волнуясь и борясь. Собственно, различие не так уж и велико по сравнению с многообразием тех способов, с помощью которых мы отстаиваем свое право на счастье.
…Еще четырнадцать дней ожидания. О дальнейшем я и не думаю. Минувшие годы уже как бы закрыты завесой времени. Я так люблю тебя и хочу услышать, что тоже любим тобою. Я хочу прожить предстоящие четыре недели, не принося их в жертву будущему, как раньше. Эти четыре недели и есть само будущее.
Здорова ли ты, мое милое дитя? Я здоров, как никогда, и теперь не перегружен работой. Я должен
поразмыслить, чем заниматься эти четырнадцать дней. Мне поручили написать статью для газеты и вести постоянные наблюдения за больными. Я осматриваю их в отделении больницы.
Нет ли в моем письме чего-нибудь, что огорчило бы тебя, моя дорогая Мартхен? Ты скажи мне об этом.
Нежность, которую ты мне даришь, подняла мне настроение и вызвала множество мыслей.
Их можно подытожить так: подготовка к супружеству подобна работе, которую никогда нельзя считать абсолютно законченной.
Твой Зигмунд

=====================================================

Помощь в создании поста была оказана торговым домом “Киловат” (пускатель магнитный пма).

Вена, вторник, 19 июня 1884 г.

admin — Mon, 14 Mar 2011 11:03:32 +0000

Мое любимое сокровище!
Не могу припомнить, чтобы когда-нибудь я не очень подробно отвечал на твои милые, благородные письма, но сегодня должен писать коротко. Мы ведь скоро, надеюсь, сможем лично побеседовать друг с другом. Для «Кока» 1 вчера только подготовил рукопись на полтора листа. Первую половину статьи уже сегодня отредактировал.
Пара золотых, которые я заработал, пришлось израсходовать на моих учеников, которых я сегодня и вчера выгнал домой.
Теперь передо мной лежит корректура второй работы 2, которую я должен прочитать и оживить, исполняя служебные обязанности в журнале. Я здоров, как лев, веселый и жизнерадостный. Большая занятость не отражается на моем настроении. Санитар, приставленный к душевнобольным 3, позволяет им все, что ты только можешь представить. Но и это не снимает моего жизненного тонуса.
Моя любимая, мрачные соображения, которыми ты поделилась со мною, ты должна решительно гнать от себя. Ты ведь знаешь ключи к моей жизни: какие большие надежды я возлагаю на свое дело и верю, что они полностью сбудутся, как только я смогузаняться врачебно-исследовательской работой. Временами я более угрюм, чем прежде. А теперь, когда ты стала моим «главным принципом», я хочу без остатка служить тебе. Это становится вообще главным условием, которое я ставлю перед своей жизнью, иначе она мало что значит для меня. Я очень упрям и не боюсь научного риска. Мне нужен значительный стимул, чтобы сделать массу дел, которые все рассудительные люди должны считать не очень благоразумными. Действительно, я, довольно бедный человек, должен заниматься наукой. И в то же время я — самый несчастный мужчина, желающий сохранить верность и любовь одной бедной девушки. Приходится жить и дальше в таком же темпе, много рисковать, много надеяться, много работать. Для обычного буржуазного благоразуми я совершенно потерян. Теперь вот вынужден не видеть-
ся с тобой. Или только через три месяца увидеться, и все из-за того, что наши отношения еще не очень
определенные.
Через три месяца Эли уже будет в Гамбурге. Надеюсь, обстоятельства и состояние дел не воспрепятству-
ет этому.
Короче, я почти ничего не знаю о будущем. Я не имею права не считаться с этим, но уверен, что меня
ждет радость снова держать твою ладонь в своей руке. А это так же жизненно необходимо для меня, как еда и питье. Я знаю, что доставил тебе немало печали и лишений, желая похитить у тебя несколько недель
счастливого семейного отдыха. Я следую моим импульсивным побуждениям и не боюсь ни препятствий,
ни риска. Хочу быть сильным пред тобой, Марта. Потом со свежими силами продолжу эксперимент,
который очень интересен по содержанию, но вряд ли экономически вознаградит меня за три месяца работы.
Прибыль не велика, на эти деньги не много накопишь, а время будет потеряно. Можешь ли ты представить,
что у меня в кошельке тысяча золотых, а сестры Роза и Долфи голодают? Конечно, по меньшей мере, половину заработка отдам им, а остального мне хватит продержаться некоторое время, пока не заработаю
снова.
Я не всегда, быть может, справедлив по отношению к сестрам. Но я поступаю так, как подсказывает моя совесть. Важно быть в согласии с самим собой. Сегодня приходил Панет, конечно, по служебной необходимости. Я сохранял выдержку и не возражал ему. Но у меня есть хорошее свойство доверять со-
бственной интуиции. И я нашел много людей, которые разделяют мою точку зрения.
Уверен, что скоро мы увидимся, моя милая. Оставайся здоровой, а мне приходится заканчивать письмо, поскольку снова пришла корректура.
Твой Зигмунд.

=====================================================

Спонсор поста – парковый фейерверк.